Квикнем

ШАГ СЕДЬМОЙ


Интроверт:

По дороге в загородное университетское здание я вполне традиционно смотрела в окно электрички. Мимо последовательно проплыли сперва классическая альпийская деревушка, затем растущий из озера свайный посёлок с пришвартованными у калиток лодочками и наконец — раскидистый дворцовый комплекс, вычурный, но малоэтажный. Сообразив с некоторым опозданием, что эти историко-географические врезки в окружающие Квикнем хвойные леса суть клубные посёлки «на любой вкус и риск», я поглазела ещё немного и открыла своё дежурное транспортное чтение.
Сборник «Игры, в которых мы». Новелла «Красное и чёрное». Хрестоматийный случай использования устоявшегося словосочетания в неожиданном контексте, неплохая иллюстрация к лекции для потенциальных гениев о кухне писательского мастерства. Сошлюсь во благовременье. А пока...
«Не считая меня, вагон целиком заполняла группа студентов — судя по преобладающей терминологии, то ли философского, то ли исторического факультета...»
Я огляделась. Нет, публика как публика. Жители загородов возвращаются домой, горожане семьями стремятся на свежий воздух. В рюкзаках провизия для пикников, в корзинах кошки с цыплятами, на коленях ноутбуки. Не надо искать вмешательства свыше там, где достаточно простого совпадения...
...Любопытно было наблюдать за чужими усилиями с приятностью скоротать время — в особенности потому, что, невзирая на специфический словарный запас действующих лиц, первым делом извлечена была колода карт. Как выяснилось — ради опровержения теории вероятности теорией биоэнергоинформатики.
Будущие философы (или историки) замыслили несложный эксперимент. Дружно, изо всех сил желая, чтобы под руку наугад тянущего карту попадалась исключительно красная масть, они то радостно, то разочарованно озвучивали результат. Несмотря на периодические «красные» серии, в целом теория вероятности побеждала. Экспериментаторы, однако, не сдавались, попутно множа попытки теоретически подправить то, что наблюдали собственными глазами, уже проверили и перепроверили.
Почему происходит именно то, что происходит? Потому, что это математический закон? А почему этот закон работает именно так? (Пока он не будет всем нутром прочувствован ими, они не примут его за истину, и всё тут!)
Кто отвечает за действие математических законов? В громе и молниях, наводнении и засухе, приливах-отливах и уходе дичи из привычных мест охоты кто виноват? Невыявивший не выживет! Древний животный инстинкт, побуждавший далёких предков нюхать воздух и слушать землю, бесследно не исчез.
Он и сейчас при нас, этот инстинкт. Мы ведь чуть что говорим: «Мир сложнее, не надо упрощать». Большие люди делают смешные глупости, которые объясняются их мелким умом и недостатком фоновых знаний, а мы видим в этом дьявольскую хитрость. (Например.)

Мир действительно непрост, но не в каждой своей точке!

Как легко убедиться, образование не только не превращает людей в людей, но даже не добавляет им сообразительности. Разве что делает их мыслительный процесс оптимальнее в техническом, так сказать, отношении и обогащает терминологическую базу.
А что делает людей людьми — о том разговор особый.
Иногда я, оказывается, ненавижу открытый финал...

Студгородок очень бережно встроен в остатки древнего лесного массива. Разноцветные пятиэтажные домики хоть и не столь изысканны, как соразмерные и строгие особняки исторического центра, зато растут они вперемешку со старыми соснами, а после дождя пахнут лесом. Аллеи пурпурных декоративных яблонь выглядят странновато на фоне автохтонных колючих соседей, зато перемещаться от корпуса к корпусу можно сообразно любым вкусам: как по красноватым набивным дорожкам между высаженными по линеечке культиварами, так и по козьим тропам, с которых вид открывается исключительно на пихтово-кедровые лапы в полуметре от лица.



<< --- ДАЛЬШЕ >>